Menu

Страницы сайта

© 2012 BlogName - All rights reserved.

Firstyme WordPress Theme.
Designed by Charlie Asemota.

Эдуард Ярошевич

Автор статьи: Владимир Шуляковский

yar1Звезда его погасла в чёрный чернобыльский 1986 год. Писатель Эдуард Ярошевич ушёл в мир иной, мир без забот, славы и зависти, любви и ненависти. Кажется, ещё вчера мы собирались на дни его рождения в небольшой комнатке Эдика в Смиловичах, а прошло уже 20 лет.

Мне повезло жить на нашей Комсомольской улице с ним по-соседству, сначала – напротив, когда мы снимали «угол» у бабушки Анти, которую называли Типтя Антя (в Смиловичах многих знали только по кличкам, к слову, до революции, она работала в поместье графа Ваньковича), а когда построили своё жильё – через три дома от него.

Хотя Эдик всего на три года меня старше, в моих глазах, как и в глазах моих земляков, он имел большой авторитет. К нему прислушивались многие, даже когда он был ещё безусым юношей. Мудрости, серьёзному отношению к жизни научили суровые испытания, выпавшие на его долю.

После последнего школьного звонка в 1954 году мы пошли купаться на «островок» — любимое место нашего отдыха на Волме, возле моста за сожжённой партизанами мельницей. А на завтра случилась беда: Эдика парализовало. Специалисты заверили, что вернуть здоровье может массаж. И мы, его родные, друзья и соседи, меняя один другого каждый день массажировали, сгибали и разгибали ему ноги. И так несколько лет. А добрых друзей и товарищей у Эдика было много: Гарик Сорочинский ( он потом стал штурманом дальнего плавания), Толик Тамило и Мишка Плакс (будущие кандидаты технических наук), Эдик Горевой и Женя Агейчик (будущие мастера спорта и заслуженные тренеры), Сева Шидловский (директор вечерней школы и замечательный краевед). Прибегала к нему и маленькая соседка Люда Волчёк, которой судьбой было предрешено повторить мирный подвиг Эдика Ярошевича – подняться над болезнью, которая свалилось неожиданно в таком же юном возрасте, и стать в 2006 году паралимпийской чемпионкой в Турине.

У каждого своя судьба. Эдику пришлось до конца испить её горькую чашу. Не выдержав страдания сына умерла его мать-библиотекарь, которой он посвятил многие свои произведения. Как жить дальше? Работать парализованный парень не мог, а государство ему «отвалило» аж десять рублей пенсии. Помогали соседи: Мелещики, Плаксы, Вакуленки, Эйги и другие. Моя мама также передавала через меня Эдику что-нибудь поесть.

Нужно было как-то зарабатывать деньги. Чтобы не влачить жалкое существование, Ярошевич взялся за перо. Не каждый может стать писателем, но Господь, к счастью, дал ему этот дар. Юноша был отличником в школе, и особенно выделялись среди других его сочинения по литературе. В начале начал публиковаться в Червенской районной газете, а через два года первые рассказы выходят в «Вожыке», «Чырвонай змене», журнале «Беларусь». Захотелось продолжить образование в Литературном институте имени Горького в Москве, но заочного факультета там не оказалось, и парень занялся самообразованием. Литературу по программе института доставал и привозил Александр Холодинский.

Маленький домик Эдика был как бы клубом, местом, где любила собираться смиловичская молодежь, да и не только она. Ярошевич умел дружить, находить общий язык со старым и малым, высокообразованным и безграмотным, с юной девицей и старым партизаном. Бог подготовил ему тяжёлые испытания, но не обделил талантами: мой друг неплохо рисовал, игран на баяне, аккордеоне, гитаре, отлично играл в шахматы, шашки. Эдик был душой Смиловичей. Немало девчат сохло по нему, но разве мог он позволить себе связать с кем-то судьбу, сделать своей сиделкой? Хотя и не имел возможности самостоятельно двигаться, но вёл себя так, что это почти не чувствовалось. К нему шли с горем и радостью. Первых старался утешить, помочь в той или иной мере, писал, если было нужно в разные инстанции, а с другими делил их радость. Многие из собеседников потом становились героями его произведений.

В 1967 году в журнале «Маладосць» вышла повесть «Сцены свайго дома», где Эдуард показал современников, которым верил и любил всей душой. Парни и девчата, студенты и специалисты, рабочие и колхозники – герои его повестей «День далёкий и близкий», «Димка остаётся в Рябиновке», «Летеняя практика в Вербичах», «Высокое небо», «Свет имени твоего». В них автор затрагивает проблемы морально-этических отношений между людьми, показывает их путь к гражданской зрелости.

В 1970 году Эдуарда Ярошевича приняли в члены Союза писателей СССР. Пенсия сразу стала сто рублей. После того, как он получил гонорар за свои книги, появилась возможность приобрести транспортное средство, чтобы начать двигаться и не лежать в опротивевшей кровати. Сначала купил «ИЖ» с коляской, через некоторое время автомобиль «Запорожец», а затем – «Жигули». Начал выезжать на природу. На берегу Волмы или в старинном парке Ваньковичей его всегда окружала стайка молодёжи, которая толпилась возле машины. И каждого он знал, каждого о чём-то расспрашивал. За рулём сам ездить не мог, поэтому его возил кто-нибудь из его друзей. Очень часто был у него «личным шофёром» мой младший братишка Валик. Нередко и я брал Эдика на руки, переносил в машину, закручивал шерстяным одеялом ноги (даже в тёплую погоду они мёрзли), и мы вдвоём или целой компанией отправлялись в путь.

Однажды, в конце 70-х, поехали в Крым: с Эдиком были я, преподаватель Смиловичской школы механизации сельского хозяйства (теперь лицей) Михаил Сологуб и студентка техникума Оксана, которая жила у писателя на квартире и ухаживала за ним.

Во время той крымской поездки Эдик побывал в экстремальной ситуации: его «Жигули» чуть не потонули в зыбучем песке. Заехали на песчаную косу, с виду твёрдую, которая далеко вклинивалась в море. Я барахтался в пенных валах, а Оксана щелкала затвором фотоаппарата. И вдруг, мы услышали тревожный крик Эдика: машину начало засасывать, словно в трясину. Я подбежал, завёл двигатель, он надрывался, но машина не трогалась с места. Спасло то, что по нашим следам на ту же косу заехали ещё четверо экстремалов на «Москвиче», которые и помогли вырваться нам с гиблого места. Можно себе представить, что пережил наш друг: ведь самостоятельно выбраться из машины он не мог…

В детстве Эдику пришлось испытать все ужасы Озаричского концлагеря. Там, среди болота, ограждённого колючей проволокой. В лагерь под открытым небом оккупанты пригнали тифозных, от которых заражались другие. Больные, голодные и холодные люди умирали на глазах, а немцы не позволяли даже разводить костры… Тех, кто остался в живых, спасло наступление нашей армии. Об этих событиях писатель повествует в книге «Прожить день», которая была опубликована в «Юнацтве» в 1983 году и состояла из двух повестей «Нехта вернецца з вайны» и «Сонечнае лета». Книга фактически документальная, все герои носят настоящие имена, и только Эдуард называет себя Андреем.

Однажды, в 69-м или 70-м году, он позвонил мне и попросил приехать в Смиловичи. Сообщил: жду Юрия Левитана. Не было такого человека в СССР, кто не знал бы знаменитого диктора, которого Гитлер обещал первым повесить, когда возьмёт Москву. Начальство меня с работы сразу же отпустило: это же не шуточки — пригласил писатель, к которому приезжает сам Левитан! Когда зашёл к Эдику, возле его кровати сидел высокий интеллигентный человек в больших очках. Я всегда удивлялся, что некоторым, кто виел диктора на сцене, он казался невысоким. Поражали глубокий, умный взгляд, полные достоинства манеры. Захотелось сфотографироваться на память, но мой «Зоркий-6» шурин увёз в Алжир. Тогда столько фотоаппаратов не было, как теперь, и с трудом удалось у кого-то в местечке найти «Юность». Фотографии получились плохие, но узнать, кто на них, можно… Потом вместе сходили на экскурсию в Музей истории Великой отечественной войны, зашли в ресторан «Минск». Всюду, где мы были, сразу узнавали Юрии Левитана по его редкому тембру и выразительному голосу. А было ему тогды лет 55.

К Эдуарду довольно часто приезжали писатели, кинорежиссёры, художники, многие известные люди. И он начал строить новый дом, чтобы не стыдно было принять гостей. Но пожить в нём не успел…

Колесо судьбы проехало по всей семье писателя. Отец его, Сигизмунд Казимирович Ярошевич, во время войны был начальником военной школы, где учились польские офицеры, и среди них – поручик Войцех Ярузельский, будущий президент Польши. Сигизмунд получил известие, что семья погибла, и женился на фронте на женщине, которая спасло его от смерти. После войны остался с другой семьёй. Такая вот драма, которых тогда случалось немало.

Старший брат писателя, Алик, хотя и работал простым слесарем, был по-своему талантливым человеком. Он хорошо рисовал, играл на клавишных и струнных инструментах и даже давал концерты вместе с завклубом Володей Мажейко. Младшие, Чесик и Нэла, близнецы, учились со мной в одном классе. Нэла с семьёй узнала муки Озаричского концлагеря, а Чесик с семьёй попал во Францию, где его усыновили. После войны отец отыскал сына и возвратил его на родину. Помню мальчика из первого «А», который разговаривал по–французски, а наш язык почти забыл. Это был Чесик. Позже он стал офицером милиции. Нэла закончила сельхозтехникум и работала бухгалтером.

Дети от разных браков не всегда дружат. Здесь же я видел на удивление дружественные и даже ласковые отношения Эдика со сводными сестрой и братом: Тамарой, ставшей филологом, и Виктором, который служил военврачом.

Почти каждый день бывал я у Эдика будучи школьником. И потом, когда учился и работал в Минске, приезжая в Смиловичи, по дороге к маме всегда заходил к своему доброму другу. Бывало, до ночи засиживались мы с ним за шахматами. А моё первое литературное произведение – стихотворение «Прислушайся каждый», опубликованное в районке, и прозвучавшее потом на всесоюзном радио, редактировал именно он, Эдуард Ярошевич.

Умер Эдуард 20 лет назад, в октябре 1986 года

Автор текста: Владимир Шуляковский

Эдуард Ярошевич (справа) и Владимир Шуляковский. Начало 80-х.

Эдуард Ярошевич (справа) и Владимир Шуляковский. Начало 80-х.

yar6 yar5 yar4 yar3

 

Discussion (1 комментарий)

  1. by Владимир П.
    Ответить

    Всегда, проходя к реке по ул. Комсомольской, останавливаюсь около домика расположенного справа, перед улочкой, чтобы вспомнить и минуту помолчать – отдать дань настоящему человеку, писателю, гордости Смилович. Там жил наш старший товарищ, и друг Эдуард Ярошевич. …В доме всегда было много его друзей, а мы – пацаны, приходили к нему смотреть телевизор, который он купил первый на нашей улице. Мы, кто знал его, будем помнить Эдика до конца своих дней. Владимир П.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *




© 2005-2013 www.smilovichi.info
disclaimer
Автор проекта svk